Eclipse - Clan

Блеск солнечного луча, шорох высокой травы, переливчатое журчание ручья неподалёку… Я с удовольствием открыл глаза и вдохнул полной грудью свежий воздух. Пахло цветами, травой, прохладной водой и радостью лета. Я поднялся с земли и отряхнулся, глупая улыбка не сходила с моих уст. «Хорошая погода для отдыха» подумалось мне, и я присел на большой валун, поросший мхом. Верный клинок вышел из ножен с тихим шелестом молодой листвы, озорной солнечный лучик ярко пробежался по кромке клинка. Зеленоватый металл успокаивал своим ровным блеском, словно это изумруд, а не металл. Я пошарил за пазухой и выудил небольшой точильный камень. Править любимый меч на ярком солнышке, что может быть лучше? Ну, возможно много чего, но мне было хорошо и спокойно. По поляне разливалось спокойствие и тепло, словно полноводная река выросшая из берегов. На недалеком дереве весело чирикала пичуга, я ухмыльнулся и попытался ей подпеть: «Я свободееен, словно птица в небесах…».
Порыв ветра взъерошил мои уже длинные волосы, я навострил эльфьи уши – символ моей новоиспеченной расы. Я все никак не мог привыкнуть ни к прическе, ни к серой коже, ни к убийственно быстрым рефлексам. Снова порыв ветра, колоски какой-то травы судорожно колыхнулись, как бут-то приветствовали нового гостя в своем убежище. И гость появился, словно воплощение древних богов, широко размахивая крыльями, на поляну садилась виверна. Я почувствовал всем нутром насколько у меня глупое лицо, но закрыть рот так и не смог, хотя рукоять меча из рук не выпустил. Огромное животное изогнуло могучую шею дугой, блаженно рыкнуло нечто на своем «языке» и устремило взгляд огромных обсидиановых глаз прямо на меня. Великая сила и великая слабость смешались в этом грациозном животном. Великая сила парить в облаках и обладать практически вечной жизнью и великая слабость посвящать эту вечность служению другим. Я тонул в громадных змеиных зрачках, утопал в черноте этих глаз и небыло сил даже сделать вдох.

- Будешь так смотреть, она тебя слопает.
- Кто «он-н-на»?
- Са’акхан конечно… Виверна на которую ты уставился. (до меня вообще не сразу дошло что я разговариваю с кем-то, а не с ближайшим валуном)
- Прош-ш-шу прощения смиренно… Просто раньше не приходилось видеть такую силу и грацию в таком могучем теле.
- Нус, если не перестанешь заглядывать в глаза, то окажешься в этом самом теле в качестве закуски.

Отвести взгляд стоило неимоверных усилий, но я справился и Са’акхан тут же потеряла ко мне всяческий интерес. Массивная голова заходила ходуном, чувствуя близкую воду. Существо устало и обоих моих гостей мучила жажда. А вторым гостем оказался наездник (ну а кто же еще), светлоухий собрат с огромными зелеными глазами. Он живо напомнил мне многочисленных молодых представительниц рода гномов, и Антарас сожри мою последнюю плюшку, если у этого светлого в роду небыло гномих! Изысканные синие доспехи из прочной кожи, перевязь с закинутым на спину Кристальным Луком и коротким клинком на пояснице, синеватые же перчатки и бутсы наездников. Светлый скатился по упругому крылу виверны, вздымая облачко зеленовато-бурой пыли – сверху шкуру создания покрывала камуфляжная раскраска. Сам же светлый легко бы слился с небом, весь в сине-белом облачении он напоминал Разведчика Небес, им он наверно и являлся. На лице наездника играла веселая улыбка, в волосах застряли несколько травинок, видимо светлый тоже ночевал на природе.
- Не знал что на поляне кто-то есть, прошу прощения если мы с моей подружкой вас потревожили. Обычно мы прилетаем сюда на водопой и я привык к уединенности этого места. Ах, где моя вежливость, Сеанг’Дил к вашим услугам, Крыло Северного Ветра. Разведчик.
- Фэйт… Воин Шилен… не на службе так скажем.

Мы обменялись крепкими рукопожатиями, Са’акхан что-то рыкнула (небось что-нибудь вроде «Здрасте») и аккуратно топнула своей массивной ногой… От такой аккуратности подпрыгнул валун на котором я совсем недавно сидел и рухнула стоящая неподалеку осина (меня подбросило гораздо выше чем валун надо сказать).

- Хочет пить, притомилась за утренний перелет. Пойдем толстушка (недоуменный полурык-полурёв), напоим тебя из ручья. И как же ты попал сюда Фэйт?
- Ночью светлячки навели на воду, слетались к лунной дорожке, а я как раз искал место для ночлега.
- Далековато ты от своих забрался.
- Я же говорю… не на службе. Я в поисках приключений так сказать.
- Отсюда ты уж точно без них не уйдешь (светлый уверенно улыбнулся и сверкнул своими глазами-блюдцами), не зря тут патрули моих братьев летают. Места больно неспокойные, хотя где сейчас спокойно то…
- И давно ты в Крыле?
- Да вот уж седьмой год как. Налетали мы с моей милашкой на три жизни вперед. Столько всего повидали, ээээххх. В другое время под бутылочку рома я бы тебе рассказал, каково Огненное Болото с высоты полета… дух захватывает. А увидеть покатую крышу ТоИ чего стоит? Ради этого стоило многим пожертвовать, чтобы стать «Летуном».

Я посмотрел на лицо светлого, он не казался старым, но светлые никогда не кажутся старыми. Несколько глубоких шрамов на правой щеке и шее, на левом виске пробилась первая седая прядь, руки привычные к кожаным вожжам, походка слегка в растопырку как у Орков Наездников Страйдеров – элитной кавалерии (и единственной, так как лошадей просто перестали выращивать незнамо сколько эонов лет назад). Этот эльф провел в седле больше времени чем на земле. Наконец последние дубы с хрустом уступили напору виверны и она окунула свою голову в ручей, блаженно урча. Сеанг заботливо похлопал виверну по могучему крупу и сам наполнил флягу чистой водой. Сделав глоток светлый хотел было что-то сказать, но тревожный рык виверны остановил его. Са’акхан рывком выдернула голову из-под воды и всмотрелась в кроны окружающих деревьев. Послышались близкие крики могучих существ… многих существ. Сеанг приложил к губам палец, но я и так заткнулся глубоко и надолго. Мы тихонько присели, виверна изловчилась лечь среди деревьев, оплетая некоторые стволы своим гибким телом. Безумно долгую секунду мы слышали лишь шелест листвы, а потом перекличка в воздухе повторилась. Са’акхан выразительно посмотрела на своего наездника, видимо передавая ему ментальным контактом какую-то мысль.

- Нет, девочка, темный не знал что мы прилетим, навел не он. Фэйт… Тебе лучше спрятаться, они учуяли Милашку, теперь не улетят пока не найдут нас. Ты можешь пострадать.
- Если попытаюсь скрыться от опытного поискового отряда тоже могу пострадать…
- Да. Хорошо, тогда так, будешь моим Щитоносцем в этом походе.
- Ну, это я с радостью, щит – мой друг (я с простецкой улыбкой похлопал по Бригандиновому Щиту).
- Не с этим куском дерева, темный. Вот, возьми.

Сеанг отвязал от седла какой-то сверток и развернул его, стараясь не создавать лишний шум. Щит блеснул в утреннем солнце яростными всполохами черного огня. С другой стороны к седлу оказался привязан сверток с Башенным Щитом.

- Итак, башенный повязывай на спину, сядешь сзади меня, будешь нашим доспехом. А Темный Кристалл держи в руках и прикрывай меня спереди и сбоку как сможешь. Надо будет, обнимай, пригибай, бей коли понадобится. Мы полетим очень быстро и не сможем переговариваться, поэтому будем реагировать на толчки и пинки. Попытаемся вырваться из кольца, возможно они ожидают что я затаюсь… Фэйт! Смотри на меня и слушай сейчас внимательно. Я рос вместе с Са’акхан, она понимает и слушает только меня, только я могу ей управлять. Если ты не сможешь прикрыть меня, то останешься на разъяренной виверне без управления. В этом случае лучше сразу прыгай вниз – не так больно будет.
- Я прикрою, я справлюсь.
- Отлично… Вот еще что, если я не выберусь, а ты сумеешь… Вот (Сеанг достал карту) здесь, в небольшой пещере на склоне гнездо Са’акхан. Я прошу тебя сообщи моему клану, что там яйцо, если меня ждет неудача в этом полете. А что я могу сделать для тебя, если… Может сообщить родным в Деревню Темных?
- Если я не переживу полет, сообщи Тетрарху что это ты меня убил и тебе дадут пятьсот тысяч золотом в награду. – Сказал я с улыбкой.

Светлый ответил на мою улыбку, но у него вышло как-то печально. Я понимал его, он был разведчиком а не Когтем Крыла, а врагов было много… и все же я не понимал почему светлоухий так нервничал, ведь он бывалый воин, профессиональный разведчик… Неужели он не может уйти от погони? Верилось в это с трудом, но тут я вспомнил слова светлого и все понял. « … они учуяли Милашку …» Видимо великолепный зверь расслабился и враги почувствовали ее и теперь не упустят следа. В глазах наездника читалась обреченность, он знал что враги будут преследовать виверну хоть по всему Эльморадену, но все равно нагонят нас рано или поздно. Я понял всю тяжесть ситуации и все равно не смог сказать светлому что не полечу… Я должен был ему помочь, я знал это, как знал что я это я.
Помолчали. Пара озорных ухмылочек, словно мы были Веселыми Висельниками (Пираты, приговоренные к повешению, но сумевшие избежать наказания. Теряют всяческий страх смерти.) и вот пора собираться в бой. Я закрепил ножны с мечом на спине, чтобы не мешали в полете, сверху прицепил Башенный Щит, затянул на груди кожаные ремешки, держащие в неподвижности ножны и щит. Взгляд судорожно метался с одного куста на другой, я боялся и почти не скрывал этого, но руки послушно фиксировали многочисленные застежки, пальцы ловко завязывали петли. К нагруднику, который я не снимал даже ночью, присоединились крепкие поножи, латные рукавицы, крепкие башмаки, подбитые металлом, и стальной шлем. Светлый же достал из тайника под седлом еще один сверток, бережно укутанный в черный шелк. Солнечный луч блеснул красной молнией, отражаясь от глянцевой поверхности самого великолепного лука из всех что я видел. Гномы поговаривали, что эти луки делают из рога дракона или демона, а я вообще до того дня не верил в их существование. Из просторной седельной сумки Сеанг достал черную броню Темного Кристалла, видимо это был его «ночной» летный костюм, нежно разложил все вещи перед собой и начал быстро переодеваться. Я провел рукой по бардовой поверхности своего верного доспеха, взглянул на черное обмундирование Наездника… «Лишь кажется кожаным, а на самом деле крепче моего доспеха стократ…». Мозг судорожно описывал каждую мелкую деталь брони и лука, это помогало не думать о предстоящей авантюре. Переклички преследователей все продолжались, видимо они обшаривали каждый кусочек этого леса. Сеанг задумчиво посмотрел на небо, мелькающее в просветах между веток.

- Что-то долго ищут… Странно… Выманивают? Вряд ли… Ладно, взлетим узнаем.

Наконец приготовления были закончены. Светлый ловко забрался по передней лапе виверны и подал мне руку, я шлепнулся в просторное седло позади Наездника. Свой щит я закрепил на левом бедре, это давало хоть какую-то защиту с этой стороны, а щит Темного Кристалла я привязал к правой руке, чтобы ненароком не потерять. Рука, сжимающая ручку щита вспотела и я мысленно приказал себе успокоится. Это помогло, но не очень, а виверна тем временем встала и начала расправлять свои огромные крылья. Минуту ничего не происходило, лишь тугие бугры мышц существа гуляли под толстой шкурой. А потом земля резко прыгнула вниз, по правому уху пребольно хлестнула ветка, и небо встретило нас яркими лучами солнца. Преследователей было пятеро и поиски вел только один, это объясняло их продолжительность, остальные же парили на севере, юге, западе и востоке, заключая лесок в своеобразное «кольцо». Ведший поиски темный (а это был именно темный) сразу заметил нас и я услышал, как зашелестела пропитанная магией стрела. Выстрел оказался неточным, стрела пролетела намного выше, а может умная Са’акхан «нырнула» под выстрел, так или иначе мы остались целыми и невредимыми. Сеанг натянул тетиву, затаил дыхание и стрела запела, срываясь с тетивы в свой последний полет. Время словно услужливо замедлило свой бег, я мог различить каждую деталь оперения стрелы. Она медленно приблизилась к темному и время взорвалось своим обычным бегом, в воздухе хлестанул фонтан крови, вырываясь из пробитой шеи преследователя. Огромная черная виверна, потерявшая седока, пролетела прямо под нами и я увидел намалеванный на ее крыле знак клана Огненного Ока. О битвах Северного Ветра (В котором состоял мой светлый попутчик) и Огненного Ока складывали легенды, и вот я участвовал в одной из них. Я было обрадовался такому успешному началу но с севера уже приближался новый преследователь. Вновь запела пущенная Сеангом стрела, но наткнувшись на сотканную словно из воздуха преграду, отскочила, не повредив врагу. Вокруг пепельноволосого преследователя заметались порывы ветра, стягиваясь в одну точку прямо в магический клинок колдуна. Сеанг пустил новую стрелу, но было поздно. Сорвавшееся с красного меча заклинание стремительно приближалось, Са’акхан заложила крутой вираж, но огромное ветряной клинок задел ее. Я видел, как этот безумный порыв ветра с остротой лезвия рассек шкуру виверны наискосок от передней лапы к центру брюха. Хлынул поток крови, Сеанг с силой воткнул в холку виверны какую-то иголку и рана немного затянулась, по крайней мере кровотечение прекратилось. Светлый вновь натянул тетиву, но я уже не успел посмотреть попал ли он, у меня появилась работа. Спереди прямо на нас летели двое преследователей: человек-лучник и гном-копьеносец. Первая стрела человека была пущена прямо в голову Сеангу и попала бы, если бы не вовремя подставленный мной щит. Уж не знаю что за лук был у человека, но моя рука тут же онемела, а спереди уже приближался гном. Встречать массивное копье в лоб на такой скорости было самоубийством и я с силой толкнул Сеанга влево и подставил щит по касательной. Раздался резкий скрежет, полетели яркие искры, меня качнуло назад, но в седле я удержался. На секунду я подумал, что слишком сильно толкнул Сеанга, но он не был бы Наездником столько лет, если бы был не готов к такому повороту событий. Светлый легко выпрямился в седле, вдобавок еще в движении посылая вдогонку гному зачарованную стрелу. Бросив быстрый взгляд назад я увидел как гном заваливается в седле и его виверна улетает вдаль, и вновь моему щиту нашлось дело. Человек пускал стрелу за стрелой и мне лишь оставалось нагибать моего светлого попутчика все ниже, прикрывая его от этого града смерти. Воспользовавшись своей передышкой Сеанг громко крикнул:

- Я не могу достать мага, у него слишком сильная защита для стрел. Его можно достать только мечом.

Я кивнул, давая понять, что услышал. Человек потянулся за новой стрелой, но его колчан опустел и он потянулся к седельной сумке за новым. Я убрал щит в сторону, Сеанг тут же выровнялся и послал подряд три стрелы. Мимо нас пролетел уже не человек, а подушечка для иголок. Маг зашел на нас справа и вновь пустил ветряное лезвие. Сеанг резко дернул вожжи и Са’акхан рванулась влево, но вновь маневр не был достаточно быстрым. Перепонки правого крыла лопнули, разрезанные страшной магией, виверна жутко взвыла и я тихо выругался. Мы стали ощутимо заваливаться вправо, но виверна заработала правым крылом немного сильнее чем левым и полет вроде выровнялся. Следующие минуты слились для меня в сплошной шелест ветра, резкие изменения направления полета и гневную ругань светлого. Я ничем не мог помочь против магии и потому решил найти взглядом последнего преследователя. Но его нигде небыло видно и я лишь крепче сжал ручку щита. Мы маневрировали, уходя от ударов магии колдуна, а он гнал нас на юго-восток, не давая возможности оторваться. И тут появился последний из преследователей. Он зашел на нас сверху, со стороны солнца. Это был огромный орк, в руках его небыло оружия, лишь вожжи, и правил он отнюдь не виверной. Я поймал взгляд обсидианового дракона и меня пробрал мимолётный ужас, драконы были сами по себе более страшными бойцами чем виверны, но они были медлительней в полете и не могли летать высоко. Но маг загнал нас прямо к верхушкам деревьев и орку хватило этого для маневра. Дракон был всего в паре шагов от нас и я не мог понять что собирается делать орк без оружия… Сеанг все понял за секунду до меня и я услышал его шепот четко словно мы не неслись с бешенной скоростью. «Во славу Северного Ветра…». Я поднял щит, но это уже ничего не меняло, дракон изогнулся в невообразимом маневре и усеянный шипами хвост полетел прямо на нас со светлым. За миг я увидел всю свою жизнь, свою двойную жизнь. Долгую и богатую на славные битвы жизнь орка-шамана Каина и короткую и тяжелую жизнь темного ельфа-воина Фэйта. Увидел ритуал нашего объединения, увидел лица друзей, которые там были, но все это я видел в каком-то сером цвете, этот цвет словно говорил: «Это конец, это твои последние мысли»…
Удар…
Треск ломающегося щита Темного Кристалла…
Хруст моей сломанной и раздробленной руки…
Противный чавкающий звук разрываемой плоти Сеанга…
Скрежет костяного шипа по моим доспехам…
Резкая боль в груди…
Я срываюсь вниз, лопаются страховочные канаты…
Округлившимися глазами вижу как Са’акхан охватывает выпущенное пастью дракона пламя…
И полёт…
Мой последний полёт…

---------------------------------------------

Автор всего в теме - я. Рассказы примерно 2006-2007-го года. Выкладывал на Элморе, так что могли разойтись по сети, хотя кому нужна моя писонина?

Добавлено (21.08.2009, 19:56)
---------------------------------------------
если кому понравится выложу продолжение

Падение длилось лишь миг, но показалось мне вечностью, одной безумной затянутой в тугую спираль погоней одной мысли за другой. Наконец эта пляска с неосязаемой бездной закончилась и могучий дуб принял меня в свои объятия. Стук привязанного к спине щита о ветви дерева чудился могильным стуком косы старухи Смерти, но это было лишь ощущением, слишком ярким и реальным, но ощущением. Я балансировал на грани забытья, рука пульсировала очагом безумной боли, из груди торчали мелкие осколки костяного шипа дракона, а спина встречала тупым стуком ветку за веткой. Я держался лишь благодаря вампирской крови одной ясной мысли: «Борись!». Мимо как-то неспешно проплывали зеленые островки листвы, но вот я встретил одну ветку шлемом и островки заплясали в озорном хороводе вперемешку с огненными искрами. Наконец зеленый хоровод остался позади и мне в голову пришла мысль, что по странной прихоти судьбы на пути моего падения не попалось ни одной толстой ветки. На этом везение кончилось, земля встретила меня не нежным покровом молодой поросли, а гранитным клыком скалы. Башенный щит разлетелся в щепки, ножны меча тоже, но зеленое лезвие выдержало… Мучительно долгую секунду я висел в жуткой позе на камне, а потом мое обессилевшее тело скатилось на землю. Я погружался во тьму забвения вдыхая аромат дикой скалистой орхидеи, цветок которой я раздавил своим потрепанным лицом…
Очнулся я от резкой боли, в разорванную руку впивались раскаленные иглы боли и я с трудом дернулся. Что-то дернулось вместе со мной. Веки склеились от запекшейся крови и нектара орхидеи, а потому упорно сопротивлялись всем моим попыткам оглядеться. Долгую сотню ударов сердца я мучился и наконец правое веко распахнулось. Я чувствовал, как мою руку что-то тянет и беглого взгляда было достаточно, чтобы охнуть от ужаса. Меня жрали заживо. Наглая морда келтира, вся в моей крови, склонилась над моей разорванной конечностью. «Вот вы лисички и настигли меня, спустя столько лет, отомстили за своих погибших щенков, на которых я зарабатывал свой первый боевой опыт…» - посетила меня глупая и ностальгическая мысль. Я долго смотрел, как лисица пожирает плоть с моей руки, собираясь с силами. Наконец я был готов и, ценой дикой боли, моя израненная кисть ухватила шею животного. Лисица дернулась, но было поздно.
- Эк тнеро ти Лайфе Лич…
Голос мой звучал, словно я уже был призраком, но это было неважно. Мимолетный ужас в умных глазах лисицы и ее кровь щедро влилась в мои раны. Сразу стало немного легче, сосуды хоть немного срослись и кровь больше не орошала землю безудержным потоком. Немного отдышавшись, я стал выдергивать здоровой рукой осколки драконьего шипа из груди. Я стонал… стонал громко и отчаянно. Но мукам пришел конец и я с облегчением стянул с себя развороченный панцирный доспех. Дышать стало легче, но теперь кровь хлестала из открытых ран груди. И все же мне удалось сесть. Голова моя качалась как крона осины на ветру, меня мутило и в глазах все плыло. Я знал, что если снова потеряю сознание, то истеку кровью и из костей моих местные зверушки наделают гнезд. Судьба все же решилась и подмигнула мне с улыбкой. Прямо под рукой рос кустик лечебной травы и я смог кое как обработать раны на груди, потом привалился спиной к прохладному камню перевести дыхание. Через несколько минут мне удалось встать на ватных ногах и я побрел в сторону близкого журчания воды. И вновь удача повернулась ко мне лицом: в нескольких шагах впереди показался веселый ручеек. Я даже улыбнулся. Не знаю, сколько я сидел у ручья, промывая раны, для меня это время навсегда останется сплошным мигом эйфории и помню я лишь, что на лице моем висела полубезумная ухмылка. Она и по сей день иногда посещает мое эльфийское лицо. И аромат орхидеи, он впитался в одежду, волосы, кожу… сладкий аромат орхидеи…
Шаг за шагом, сумрак, тень
Шаг за шагом, в ночь и в день
Шаг за шагом, боль и страх
Шаг за шагом, бездна, крах…
Сознание мое прояснилось лишь следующим утром. Во фляге была вода, в мешке мясо лисицы, даже в забытьи я был запаслив.
Я шел долго, часто спотыкался, еще чаще останавливался и отдыхал. Когда солнце уже миновало зенит, я выбрался на большую поляну. Точнее вывалился, сопровождаемый диким треском кустов и яростной руганью местной белки. Я брел, шатаясь из стороны в сторону, и лишь это спасло мою сероухую жизнь. Меня в очередной раз качнуло вправо, щит двинулся немного в сторону и в него с громким стуком врезалась стрела. Иди я прямо, и наконечник стрелы поразил бы меня прямо в сердце. Я был совершенно обессилен и несильного толчка хватило, чтобы опрокинуть меня на землю. Я лежал и удивленно пялился в небо, пока ко мне не пришло осознание произошедшего. Я попытался встать. Жалкая попытка не дала никаких результатов. Мне оставалось лишь лежать и ждать когда надо мною склонится рука с эльфийским кинжалом, лежать и вдыхать аромат орхидеи.
Стрелок долго не решался подойти, но здравый смысл говорил, что противника надо добить и силуэт приблизился. Поначалу я увидел лишь размытое пятно, но потом в центре картинки расцвел огненно-красный цветок, точь в точь как тот, чей аромат преследовал меня. Я с удивлением услышал свой слабый голос:
- Орхидея… - но стрелок услышал и видимо удивился больше моего.
- Та-а-а-к. Вот теперь это интересно. Кто ты и откуда знаешь мое имя?
Я напряг зрение и картинка обрела четкость. Распустившийся в моем сознании цветок оказался молодым курносым лицом в обрамлении ярко-рыжих волос. Я вгляделся в бездонные зеленые глаза и вновь потерял сознание. И вновь мне снился сладкий аромат орхидеи…
Разбудил меня треск полыхающих в костре поленцев. Я огляделся. Ночь укрыла лес своим бархатным покрывалом, звезды холодным блеском спорили кто ярче, большая сова громко ухала, будто предвещая что-то. Лучница не спала, она сидела с другой стороны костра и разглядывала меня. Я валялся там же, где несколько часов назад потерял сознание. Рыжеволосая словно читала мои мысли.
- Я хотела перенести тебя, но во всех этих железках ты тяжелее страйдера. Я повторю вопрос и советую на этот раз не терять сознание. Кто ты и откуда знаешь мое имя?
- Мое имя Фэйт, а вашего я к сожалению не знаю.
- Ты назвал его.
- Не совсем так…
- Рассказывай.
И я рассказал. Все в подробностях, часто прерываясь глотнуть воды из фляги. Лучница слушала внимательно, не прерывая и не уточняя мелочей.
- Ты летал с Серебряным Крылом… Мой… отец… он знакомил меня с этим эльфом несколько лет назад. Серебряное Крыло был великим наездником. Извини. Ты так упорно ломился за мной через заросли, что я приняла тебя за погоню.
- Тебя кто-то преследует?
- Скажем так, я взяла то, что не принадлежит мне. Но хозяину это было совсем ненужно, вот я и прихватила.
- Если совсем ненужно, почему же он отправил погоню?
- Получилось немного… шумно. Поэтому хозяин воспринял это как удар по своей гордости и авторитету.
- У нас много общего…
- Имя – Орхидея.
- Да, рад нашему знакомству, Орхидея.
- Я тоже, Фэйт. А кто тебя преследует? Светлые?
- Темные.
- Значит свои… Меня тоже.
Разговор как-то сам собой затих, я считал звезды за неимением другого занятия, Орхидея рассматривала мои слегка сросшиеся раны. Лишь костер тихонько потрескивал в ответ на близкое щелканье тушканчика. Я представил о чем могут переговариваться походной костер и мелкий грызун… Вышла на редкость идиотская картина, я даже еле слышно рассмеялся. Орхидея не отреагировала, в ее глазах плясал огонь костра, сознание ее было где-то далеко. Я осмотрел свою случайную спутницу. Крепкие сапожки с мягкой подошвой, загорелые ноги, кожаные короткие шорты, сразу видно девушка не боится царапин и ссадин. Далее взгляд осторожно ощупал осиную талию, скользнул по тренированным рукам и остановился на лице. В изумрудных глазах все так же плясал огонь, но сознание уже не было далеко, Орхидея смотрела прямо мне в глаза.
- А ты смел. В твоем нынешнем состоянии твоя жизнь зависит от моей прихоти. Что если мне не понравится такой взгляд?
- Ты попробуешь меня зарезать, а я попытаюсь защититься.
- И ты думаешь у тебя получится? Потому что я девушка?
- Нет, потому что на кону будет моя жизнь.
«К тому же я все-таки вампир» - уже про себя добавил я. Орхидея улыбнулась. Захоти она вот прямо сейчас меня убить, я бы и пальцем не пошевелил, настолько меня очаровала эта улыбка. Но естественно никто не стал меня убивать, Орхидея лишь бросила еще один долгий взгляд на пламя и легла спать. Я дошел до второй сотни сосчитанных звезд, когда сон сморил и меня. Я заснул под дуновение летнего ветерка, треск горящих сучьев и аромат орхидеи.
Утро выдалось солнечным. Полянка вся жила и переливалась в мягких солнечных лучах. Порхали тучи бабочек, скакали сонмы кузнечиков, горели всеми цветами радуги полевые цветы. Создавалось ощущение, что я очнулся в котле, где лесные нимфы готовят варево жизни этого леса. Орхидея стояла справа от меня, внимательно изучая мою разорванную в клочья руку. В ее руках блестел кинжал. «Умереть таким утром и в таком месте не так уж плохо» подумалось мне и я решительно посмотрел в зеленые озера глаз лучницы. Она не выдержала взгляда, взор ее устремился к лесу.
- Раны гноятся. Возможно потеряешь руку. Или сейчас терпи.
- Делай то, что нужно.
Орхидея вырезала шесть особенно зараженных участков и что скрывать, пару раз я дико орал. Когда процедура была наконец окончена, меня уже мутило и трясло от боли, в глазах пульсировали красные круги. Лучница молча сидела рядом, сжимая мою ладонь пока я приходил в себя. Через час все мои раны были обработаны и перевязаны, мы с Орхидеей направились на север через Нейтральную Зону к Эльфийскому Лесу. Три дня были пожалуй самыми солнечными и теплыми в моей жизни. Орхидея обрабатывала мои раны уже без моего участия, уже на второй день путешествия она осторожными стежками зашивала раны на моей оголенной груди. Она смешно закусывала губу, пытаясь не сделать резкого движения, а ее мягкие руки двигались по груди и животу от одной раны к другой. Я в это время думал о барсуках в период линьки, форме облаков, особенностях гномьей архитектуры… В общем о чем угодно, лишь бы не об Орхидее и ее теплых руках. И вот подходил к концу третий день нашего совместного путешествия. Через дневной переход мы уже должны были достигнуть развилки дорог на севере Нейтральной Зоны. Мы остановились на ночлег возле странного круга из камней, место было неопасным – вампирское чутье молчало, но это было очень древнее место, едва ли не такое же древнее как сам Пик Судеб. Там было тихо и спокойно, в воздухе витала таинственность и мудрость веков. Мы сидели у костра – каждый со своей стороны, и молчали. Просто наслаждались покоем. Я как всегда не торопился отправляться спать, ночь – время вампиров, когда обостряются все инстинкты и чувства. Как-то не до сна, когда из тебя прет энергия. Но обычно предпочитающая долгий сон Орхидея тоже не торопилась на боковую, она лишь подкладывала дрова в костер. Я глубоко вздохнул, воротник по-прежнему источал сладкий аромат орхидеи. Мои дыхательные упражнения отозвались жгучей болью в груди, и я согнулся в мучительном приступе. Уже через секунду лучница была возле меня, она осторожно ощупывала раны, пытаясь унять боль. Я взглянул на нее и обомлел, ее лицо в ореоле сверкающих в свете костра волос было настоящим чудом, никогда и нигде я не видел ничего красивее. Поймав глазами мой восхищенный взгляд, Орхидея смутилась, ее щеки покраснели, она хотела отвернуться, но остановилась на половине движения. Так мы и сидели друг напротив друга несколько гулких ударов сердца, а потом она повернулась, хотела что-то сказать, запнулась в начале слова, вздохнула и неожиданно поцеловала меня. Это был лишь краткий миг, но он был слаще меда, ярче солнца, жарче огня… Я осоловело смотрел на ее прекрасное лицо, кажется даже не дышал. Она хихикнула и резко хлопнула ладонью по моему длинному серому уху. Я дернул ушами как заправский кот или лис, а она с улыбкой прошептала:
- Ну скажи что-нибудь…
Я не стал ничего говорить, а просто, наплевав на боль в груди, заключил ее в крепкие объятия и нежно поцеловал. Поцелуй был долгий и страстный… В ту ночь мы спали по одну сторону от костра. Я засыпал вдыхая сладкий аромат волос Орхидеи.
Разбудил меня горячий поцелуй, о лучшем пробуждении нельзя было и мечтать. Я с наслаждением потянулся, зевнул, не скрывая клыков, и потер глаза. Я совершенно не выспался, Орхидея наблюдала за моим пробуждением с улыбкой. Наше ночное приключение, как ни странно, никак не отразилось на моих ранах и вскоре мы продолжили путь. Всю замкнутость будто украли, мы болтали без умолку, иногда останавливались, чтобы обменяться жаркими поцелуями. Давно проклявшая меня печать вампира растворялась в этих поцелуях, как туман под полуденным солнцем.
Я почуял что-то неладное только когда мы достигли окраины леса. Впереди было заросшее зеленой травой поле, а меня что-то так и звенело в голове, предупреждая о неясной опасности. Я долго всматривался в зеленые просторы, но так ничего и не увидел. Стоять на краю леса было глупо, искать другой путь слишком долго. И мы пошли. Шаг, другой, третий… Мы больше не держались за руки, я поудобнее устроил на спине меч и щит, достал из-за пояса пару метательных ножей – правая рука еще совершенно не годилась для боя мечом, а бой я чуял… близко.
- Приготовь стрелы.
Орхидея кивнула и достала три стрелы, наложила одну на тетиву а две других зажала зубами. Жало стрелы гуляло из стороны в сторону, ища себе цель. И цель не замедлила появиться. Огромный словно медведь, покрытый жесткой шерстью, голодный как свора волков, это был оборотень. Глаза Орхидеи округлились, она на миг замешкалась и вервульф почуял ее слабость, на его морде появился довольный оскал. Но не успел оборотень сделать и шага, как в его левый глаз врезался метательный нож. Существо взвыло, обхватило лапами свою зверину морду, а через миг свои цели нашли и три стрелы. Правый глаз, шея, сердце – быстро, точно и смертельно. С хлюпаньем и рыком оборотень рухнул в траву. Послышались новые рыки, много злых и очень близких рыков.
- Готовь весь колчан. Стреляй только в сердце, только когда есть чистый выстрел, не отрывайся от меня, не вылезай из-под щита. – Орхидея судорожно кивнула. – И будь осторожна…
- Я думала эти твари – сказки новичков.
- Это и есть новички… После того как их покусали.
Моя рука быстрым движением спрятала нож, и щит легко соскользнул со спины. Я встал в стойку и ждал. Мне нужна была кровь, тогда бы я восстановился за пару минут, но кровь нужна «чистая» - оборотни всех мастей, мертвяки, пауки, змеи, скорпионы и многие другие ядовитые твари не подходили. Орхидея в считанные секунды превратила землю справа от себя в подобие ежа, стрелы будто тянулись к ней своими длинными древками. Томительный миг ожидания и враги появились. Все сразу пошло наперекосяк, ликаны атаковали слаженно, со всех сторон. И их было много, очень много. Прямо на меня клином неслись трое, справа и слева из-за травы выпрыгивало по паре монстров, а потом мои опасения оправдались и сзади тоже послышался рык. Окружены. Сладкий аромат орхидеи, горький запах близкого побоища…
Шаг, стойка, блокировка щитом, удар ногой, отступ, стойка, переход, прикрыть Орхидею, переход, удар щитом по волчьей морде ликана, отступ, переход… Это напоминало танец, последняя джига со смертью. Последняя для одной из сторон. Первая же стрела Орхидеи уложила центрального оборотня из переднего клина, двое других не растерялись и присоединились к тем, что атаковали сбоку. Я витиевато ругался про себя, внешне же оставаясь спокойным – контролировал дыхание, сокращал движения, чтобы сохранить силы. Ликаны чувствовали мою вампирскую кровь и самым жгучим их желанием было разорвать меня в клочья. Вдобавок к этой «розовой мечте» я посылал одну волну ненависти за другой. Оборотни брызгали слюной, злобно рычали и бросались на мой щит, что собственно и было нужно. Орхидея стреляла в сердце и наверняка, только когда точно знала, что попадет и не попадется сама. В очередной раз обтекая ее сбоку, я шепнул ей, что она молодец, и вновь скрежет когтей о щит занял мое внимание. «Минус два, минус три, минус четыре…» - звери падали один за другим, сраженные стрелами, но меньше их не становилось. Я всерьез забеспокоился, из-за травы выпрыгивали все новые и новые оборотни, наше положение ухудшалось… последние аккорды джиги, если не случится чуда. К тому же монстры сменили тактику – те что были впереди откатились, а подкрепления поравнявшись с ними остановились. Через пару мгновений вокруг нас уже плясал настоящий хоровод. Из кольца на нас бросались с разных сторон, по трое по четверо, они умудрялись нападать одновременно и нам оставалось лишь крутиться волчком. Что-то стукнуло, я обернулся, оказалось что Орхидея откинула лук и достала кинжал, стрел больше не было. Но и вервульфы больше не прибывали сплошным потоком. Пару минут мы все просто кружили, оборотни напряженно думали, а мы давали отдых ноющим мышцам. Передышке пришел конец, когда я отправил в полет несколько метательных ножей, а потом вновь пришла пора щита. Это было балансированием на острие бритвы – одна рука совершенно обездвижена, верный доспех рассыпался еще при падении, тело покрывали многочисленные раны, как старые зашитые, так и свежие от когтей оборотней. Я начинал слабеть, силы уходили вместе с кровью. Орхидее удалось свалить одного зверя, подрезав тому сухожилия на лапе, другой получил кинжалом в горло и захлебнулся в конвульсиях. Ликаны вконец озверели от запаха крови, их тактика затрещала по швам, стройное кольцо превратилось в безумную кучу когтей и клыков. Глядя на приближение этой массы, я уже было смирился с неизбежным, но неожиданное решение поразило гениальной простотой. Я запустил в ближайшего оборотня щитом, молниеносным движение выхватил меч левой рукой, при этом скороговоркой проговаривая речитатив заклинания.
- Энтеро де Ультимейт Дефенс!
По коже пробежал холодок, я пустил самую мощную волну ненависти, вложив в нее всю свою ярость и силу. Злобные глаза оборотней обратились ко мне, когда заклинание набрало полную силу. Тонкая на вид короста гранита покрыла кожу и хрустела при каждом движении, рукоять меча впивалась в ладонь, неприятно напоминая, что я мастер меча и щита, а не парных клинков. Живая масса докатилась до меня и начался форменный хаос. Ломались, хрустели клыки и когти, не в силах пробить броню гранита, его масса давила меня к земле, не позволяя ходить, но и не давая врагу повалить меня на землю. Я наотмашь рубил мечом, рубил неумело, с кучей лишних движений, которые пожирали силы, но это уже было неважно. В разные стороны летели массивные «руки» и «ноги», отрубленные зеленым клинком, вокруг уже возвышался вал тел, а я все рубил и колол, рубил и колол… Я чувствовал, как пропадают силы питающие заклинание каменной кожи, я знал, что когда они иссякнут, гранитная броня осыплется бесполезным порошком. Я молил всех богов, чтобы Орхидея воспользовалась возможностью и убежала пока не поздно, но боги не услышали… Моя рыжеволосая спутница накинулась сзади на оборотней, разъяренной фурией прыгая от одной спины к другой, метя под лопатку, где стучало звериное сердце. Ликанов становилось все меньше, пятнадцать, десять, пять…
Это произошло молниеносно, один из вервульфов учуял приближение Орхидеи и обернулся. В пылу боя она оказалась не готова к этому и слабая попытка защититься рукой не помогла… С ужасом я наблюдал как огромный ликан раздирает руку прекрасной лучницы, как его желтые клыки рвут плоть моей спутницы… Наверно я кричал, кричал очень громко, седой оборотень обернулся и на его волчьей морде я увидел злобную усмешку. Глаза мои застлал красный туман, горло сдавило, я уже не орал, а сдавленно хрипел, я отказывался верить.
- Санут’хено Фризинг Страйк! – удалось выкрикнуть мне и чуткий слух оборотня уловил каждый звук.
Зверь взвыл и из его пасти хлынул поток крови, жесткая шкура встопорщилась и через секунду из тела вервульфа вырвались ледяные лезвия. Сотни ледяных клинков разрывали серую тварь изнутри, он визжал и дергался, лапы его конвульсивно царапали землю… и больше не было на его морде довольной усмешки, там была смерть. Кто-то из оборотней воспользовался моментом пока я колдовал, по покрытой гранитом шее заскрежетали ломающиеся клыки. Я разрубил излишне рьяного оборотня от плеча до таза, сил я больше не жалел. И оборотни поняли это, поняли, когда в воздухе закружилась отрубленная голова их собрата, пытавшегося зайти на меня сбоку. Последние два ликана переглянулись и со всех лап побежали подальше от меня. Я был не в настроении кого-то отпускать. Маленький мешочек на поясе тихо звякнул, когда я достал горсть синих кристаллов, моя ладонь быстро сжалась в кулак, а когда разжалась, в ней уже лежал кубик светло-фиолетового цвета.
- Убей.
Кубик с радостным звоном рванулся к убегающим оборотням. Кубики по природе своей очень кровожадные существа и убивать любят быстро и много. Оба оборотня были отравлены за один удар сердца и вскоре на земле корчились исходящие пеной трупы. Мелкий бес, заключенный в квадратную тюрьму кубика, вернулся ко мне и занял место над левым плечом. Я тупо стоял, пока силы не покинули заклинание, и гранит не осыпался с меня мелкой крошкой. Я рванулся к лежащей на боку Орхидее, но в паре шагов остановился. Я смотрел на ее неподвижную спину, спутанные рыжие волосы, страшно заломленные в неестественной позе ноги. Меня пробрал ужас. Раненые лежат совсем не так… живые лежат совсем не так… Я долго смотрел на нее, наверно надеясь переглядеть саму Смерть… Наконец я решился и подошел. Руки дрожали, ноги отказывались держать меня, сердце металось в груди дикой птицей. Мгновение, когда моя рука потянулась к ее плечу, чтобы перевернуть Орхидею, это мгновение врезалось в мою память… Это было ужасно, глубокие рваные раны, раздробленные кости, искаженное и изуродованное лицо. Я в ужасе отшатнулся, дыхание перехватило, сердце внезапно остановилось. И тут тело Орхидеи дернулось. Раз, другой, третий и вот ее уже сотрясает крупная дрожь. Она обращалась.
- Нет, нет… НЕТ!
Я стоял рядом и меня трясло вместе с ней, я не знал что мне делать. Пока на ее нежной коже не появилась первая шерсть. Вот тогда я понял что мне делать. С безумным воплем боли и отчаяния я пронзил ее сердце своим мечом, сама мысль о том, что я поднял на Орхидею меч сводила меня с ума, но так было нужно. Превращение прекратилось. Я долго смотрел на нее и, когда мой взгляд наткнулся на прекрасные зеленые глаза, я не выдержал. Я упал на колени и, забыв о гордости рода, памяти предков и чести и упрямстве эльфов, я заплакал. Я заключил Орхидею в объятия, жаркие капли текли по щекам не переставая, сердце отчаянно ухало и душу словно терзали бесы. Кубик тихонько свистнул, подлетел к моему лицу и, сделав круг, со звонким звуком растворился. Я остался один, я потерял все что смог приобрести со времени побега из Темной Деревни, я потерял само дыхание жизни, я потерял аромат Орхидеи…